Неточные совпадения
Я и в университете был, и слушал лекции по всем частям, а
искусству и порядку жить не только не выучился, а еще как бы
больше выучился
искусству побольше издерживать деньги на всякие новые утонченности да комфорты,
больше познакомился с такими предметами, на которые нужны деньги.
Он знал очень хорошо манеру дилетантов (чем умнее они были, тем хуже) осматривать студии современных художников только с той целью, чтоб иметь право сказать, что
искусство пало и что чем
больше смотришь на новых, тем более видишь, как неподражаемы остались великие древние мастера.
Михайлов между тем, несмотря на то, что портрет Анны очень увлек его, был еще более рад, чем они, когда сеансы кончились и ему не надо было
больше слушать толки Голенищева об
искусстве и можно забыть про живопись Вронского.
Радилов, должно быть, догадался по выражению моего лица, что мне «
искусство» Феди не доставляло
большого удовольствия.
Науки не очень интересовали Клима, он хотел знать людей и находил, что роман дает ему
больше знания о них, чем научная книга и лекция. Он даже сказал Марине, что о человеке
искусство знает
больше, чем наука.
В
большой комнате с окнами на Марсово поле собралось человек двадцать — интересные дамы, с волосами, начесанными на уши, шикарные молодые люди в костюмах, которые как бы рекламировали
искусство портных, солидные адвокаты, литераторы.
Среда, в которой он вращался, адвокаты с
большим самолюбием и нищенской практикой, педагоги средней школы, замученные и раздраженные своей практикой, сытые, но угнетаемые скукой жизни эстеты типа Шемякина, женщины, которые читали историю Французской революции, записки m-me Роллан и восхитительно путали политику с кокетством, молодые литераторы, еще не облаянные и не укушенные критикой, собакой славы, но уже с признаками бешенства в их отношении к вопросу о социальной ответственности
искусства, представители так называемой «богемы», какие-то молчаливые депутаты Думы, причисленные к той или иной партии, но, видимо, не уверенные, что программы способны удовлетворить все разнообразие их желаний.
Он опасался выступать в
больших собраниях, потому что видел: многие из людей владеют
искусством эристики изощреннее его, знают
больше фактов, прочитали
больше книг.
Мы после узнали, что для изготовления этого великолепного обеда был приглашен повар симабарского удельного князя. Симабара —
большой залив по ту сторону мыса Номо, милях в двадцати от Нагасаки. Когда князь Симабара едет ко двору, повар, говорили японцы, сопутствует ему туда щеголять своим
искусством.
Такая отвлеченность отрицает, что политика есть творчество и
искусство, что настоящая,
большая историческая политика требует особых даров, а не механического применения общих мест,
большей частью невпопад.
А когда подрос, узнал, что значит призвание — хотел одного
искусства, и
больше ничего, — мне показали, в каких черных руках оно держится.
— Я… так себе, художник — плохой, конечно: люблю красоту и поклоняюсь ей; люблю
искусство, рисую, играю… Вот хочу писать —
большую вещь, роман…
Да и любит-то он
искусство больше за эту жажду, чем за утоление.
Эта организация
искусств приводила самое
большее лишь к тому, что становились возможны общие достижения совместных
искусств, причем все они оставались самими собой, преследуя свои частные художественные задания, хотя и в связи с объединяющими задачами культа.
В погоне за
большей действенностью оно соединяет художественные средства разных
искусств, их «синтезом» стремясь достигнуть небывалой мощи: художественным проповедником такого синтеза явился Р. Вагнер.
Можно сказать
больше, это всеискусство (или за-искусство), бессловесное, беспредметное, безыскусное, обладает очень высоким самосознанием, чувствует себя несоизмеримым в отношении к отдельным художественным специальностям, и не согласилось бы променять на них своего бессилия, и, жаждая мирового преображения, удовлетвориться… советом.
Поэтому художник, даже если ему даны величайшие достижения в
искусстве, тем
большую неудовлетворенность испытывает как творческая личность [Обнаружение дисгармоний творчества в разных отношениях составляет главное достоинство книги Н. А. Бердяева «Смысл творчества».].
Матвей, о котором я еще буду говорить впоследствии, был
больше, нежели слуга: он был моим приятелем, меньшим братом. Московский мещанин, отданный Зонненбергу, с которым мы тоже познакомимся, на изучение переплетного
искусства, в котором, впрочем, Зонненберг не был особенно сведущ, он перешел ко мне.
Но меня
больше всего поражало, до чего он целиком живет в литературе и
искусстве.
Но это произошло лишь в части интеллигенции,
большая часть ее продолжала жить старыми материалистическими и позитивистическими идеями, враждебными религии, мистике, метафизике, эстетике и новым течениям в
искусстве, и такую установку считали обязательной для всех, кто участвует в освободительном движении и борется за социальную правду.
Изменилось эстетическое сознание, и начали придавать
большее значение
искусству.
Моя тема о творчестве, близкая ренессансной эпохе, но не близкая
большей части философов того времени, не есть тема о творчестве культуры, о творчестве человека в «науках и
искусстве», это тема более глубокая, метафизическая, тема о продолжении человеком миротворения, об ответе человека Богу, который может обогатить самую божественную жизнь.
Он вспомнил, что еще в Москве задумал статью «О прекрасном в
искусстве и в жизни», и сел за работу. Первую половину тезиса, гласившую, что прекрасное присуще
искусству, как обязательный элемент, он, с помощью амплификаций объяснил довольно легко, хотя развитие мысли заняло не
больше одной страницы. Но вторая половина, касавшаяся влияния прекрасного на жизнь, не давалась, как клад. Как ни поворачивал Бурмакин свою задачу, выходил только голый тезис — и ничего
больше. Даже амплификации не приходили на ум.
Вчера утром вышли какие-то нелады с дирекцией, а вечером публика приняла ее не так восторженно, как бы ей хотелось, или, может быть, это ей просто показалось, а сегодня в газетах дурак рецензент, который столько же понимал в
искусстве, сколько корова в астрономии, расхвалил в
большой заметке ее соперницу Титанову.
Париж еще сильно притягивал меня. Из всех сторон его литературно-художественной жизни все еще
больше остального — театр. И не просто зрелища, куда я мог теперь ходить чаще, чем в первый мой парижский сезон, а вся организация театра, его художественное хозяйство и преподавание. «Театральное
искусство» в самом обширном смысле стало занимать меня, как никогда еще. Мне хотелось выяснить и теоретически все его основы, прочесть все, что было писано о мимике, дикции, истории сценического дела.
К Тэну я взял рекомендательною записку от Фр. Сарсе, его товарища по выпуску из Высшей нормальной школы. Но в это время я уже ходил на его курс истории
искусств. Читал он в
большом"эмицикле"(полукруглом зале) Ecole des beaux-arts. И туда надо было выправлять билет, что, однако, делалось без всякого затруднения. Аудитория состояла из учеников школы (то, что у нас академия) с прибавкою вот таких сторонних слушателей, как я. Дамы допускались только на хоры, и внизу их не было заметно.
В творчестве всегда
больше, чем в действительности, в
искусстве больше, чем в природе.
Все-таки, беря безотносительно, наукою отвоевана от
искусства уж очень
большая область, которая с каждым годом все увеличивается.
Мы с братом делали
большие успехи в изящном хореографическом
искусстве, и мною порой овладевала иллюзия, будто воображаемый я теперь начинает сливаться с реальным…
Робинзон. Ну вот, изволите слышать, опять бургонского! Спасите, погибаю! Серж, пожалей хоть ты меня! Ведь я в цвете лет, господа, я подаю
большие надежды. За что ж
искусство должно лишиться…
Правда, девушки в конькобежном
искусстве всегда стоят гораздо ниже молодых людей, однако Александрову приходилось дважды в своей жизни видеть совершенно обратные примеры, оба на
большом катке Зоологического сада.
Но
больше всего было натаскивания и возни с тонким
искусством отдания чести. Учились одновременно и во всех длинных коридорах и в бальном (сборном) зале, где стояли портреты выше человеческого роста императора Николая I и Александра II и были врезаны в мраморные доски золотыми буквами имена и фамилии юнкеров, окончивших училище с полными двенадцатью баллами по всем предметам.
— Мы, батюшка, милостивое слово государево чувствуем и никогда его забыть не можем за то, что он на своих людей надеется, а как нам в настоящем случае быть, того мы в одну минуту сказать не можем, потому что аглицкая нация тоже не глупая, а довольно даже хитрая, и
искусство в ней с
большим смыслом.
Дмитрий Ионыч, вы знаете,
больше всего в жизни я люблю
искусство, я безумно люблю, обожаю музыку, ей я посвятила всю свою жизнь.
Ромашов вытащил шашку из ножен и сконфуженно поправил рукой очки. Он был среднего роста, худощав, и хотя довольно силен для своего сложения, но от
большой застенчивости неловок. Фехтовать на эспадронах он не умел даже в училище, а за полтора года службы и совсем забыл это
искусство. Занеся высоко над головой оружие, он в то же время инстинктивно выставил вперед левую руку.
Человек то совершает жертву своим призванием в познании или
искусстве во имя ценностей религиозных, во имя аскетического подвига и достижения
большого личного совершенства, то жертвует своим личным совершенством во имя творчества поэта или философа.
Вокруг
искусства людьми, которые более потребители, чем творцы, создается отвратительная снобическая атмосфера, которая свидетельствует о рабстве человека, об утрате свободы духа вследствие душевных усложнений и уточнений, вследствие найденной возможности жить пассивными отражениями, при сознании
большей высоты и значительности этой жизни, чем жизнь обыденных людей, человеческих масс.
Я очень хорошо понимаю, что разум есть одна из важнейших способностей души и что, действительно, для него есть предел, до которого он может дойти; но вот тут-то, где он останавливается, и начинает, как я думаю, работать другая способность нашей души — это фантазия, которая произвела и
искусства все и все религии и которая, я убежден, играла
большую роль в признании вероятности существования Америки и подсказала многое к открытию солнечной системы.
Ведь должно признать, что истина может открываться через
искусство Данте и Достоевского или через гностическую мистику Якова Бёме в гораздо
большей степени, чем через Когена или Гуссерля.
Но признание общеобязательной философии как творческого
искусства предполагает более высокую ступень общения между людьми и
большее напряжение духа, чем признание общеобязательной философии научной.
Государыня заметила, что не под монархическим правлением угнетаются высокие, благородные движенья души, не там презираются и преследуются творенья ума, поэзии и художеств; что, напротив, одни монархи бывали их покровителями; что Шекспиры, Мольеры процветали под их великодушной защитой, между тем как Дант не мог найти угла в своей республиканской родине; что истинные гении возникают во время блеска и могущества государей и государств, а не во время безобразных политических явлений и терроризмов республиканских, которые доселе не подарили миру ни одного поэта; что нужно отличать поэтов-художников, ибо один только мир и прекрасную тишину низводят они в душу, а не волненье и ропот; что ученые, поэты и все производители
искусств суть перлы и бриллианты в императорской короне: ими красуется и получает еще
больший блеск эпоха великого государя.
К гусям надобно по
большей части подкрадываться, иногда даже подползать или караулить их на перелете, — все это не нравится настоящему охотнику; тут не требуется
искусства стрелять, а надо много терпенья и неутомимости.
Во-вторых, в охотах, о которых я сейчас говорил, охотник не главное действующее лицо, успех зависит от резвости и жадности собак или хищных птиц; в ружейной охоте успех зависит от
искусства и неутомимости стрелка, а всякий знает, как приятно быть обязанным самому себе, как это увеличивает удовольствие охоты; без уменья стрелять — и с хорошим ружьем ничего не убьешь; даже сказать, что чем лучше, кучнее бьет ружье, тем хуже, тем
больше будет промахов.
Церковь была довольно
большая; но величина ее казалась решительно громадною от слабого освещения: горели только лампадки да тонкие восковые свечи перед местными иконами, которые, вследствие этого, как бы выступали из иконостаса, и тем поразительнее было впечатление, что они ничего не говорили об
искусстве, а напоминали мощи.
Дерзкое оскорбление
искусства, ничего
больше, — и это очень легко доказать.
Больно, должно быть, ему показалось, и он усмирел и
больше не лезет, я и опять заснул, но только прошло мало времени, а он, гляжу, подлец, опять за свое взялся, да еще с новым
искусством.
Мистер Рарей этот, что называется «бешеный укротитель», и прочие, которые за этого коня брались, все
искусство противу его злобности в поводах держали, чтобы не допустить ему ни на ту, ни на другую сторону башкой мотнуть; а я совсем противное тому средство изобрел; я, как только англичанин Рарей от этой лошади отказался, говорю: «Ничего, говорю, это самое пустое, потому что этот конь ничего
больше, как бесом одержим.
Копии с Нефовской Наяды и с двух его же нимф, мясистая вакханка под тенью винограда, французские гравюры, изображающие Фанни Эльслер, двух наездниц и еще что-то в этом же роде; наконец, две или три
большие фотографии балетных танцовщиц с задранными ножками показывали, что сей почтенный старец ценит
искусство, пластику и может претендовать на репутацию ценителя женской красоты, а целый ряд портретов Императорского Дома, начиная с Петра Первого, убеждал всех и каждого в его благонамеренности и добрых верноподданнических чувствах.
Правда, что за это игроки пользуются великолепным помещением клубов, читальнями, библиотеками, прекрасным столом и вином за весьма умеренную цену. Некоторые клубы даже для
большей приманки игроков задают еженедельные даровые обеды с шампанским и всякими изощрениями кулинарного
искусства, а за обеды в обыкновенные дни берут баснословно дешево, как, например, по 3, 4 франка за превосходный обед с вином.
— После Бодростиной это положительно второй смелый удар, нанесенный обществу нашими женщинами, — объявил он дамам и добавил, что, соображая обе эти работы, он все-таки видит, что
искусство Бодростиной выше, потому что она вела игру с многоопытным старцем, тогда как Казимира свершила все с молокососом; но что, конечно, здесь в меньшем плане
больше смелости, а главное
больше силы в натуре: Бодростина живая, страстная женщина, любившая Горданова сердцем горячим и неистовым, не стерпела и склонилась к нему снова, и на нем потеряла почти взятую ставку.